В такую погоду
В такую погоду, после дождяБежать на рыбалку мне хочетсяК любимому месту с обрывом,Где тальниковая рощица.
Если с зарёю закинуть крючокС наживкой, «на кузнеца»,Бывает, и хариус клюнет,Поймаешь уж точно ельца.
А на червя дождевого с охотойКлюёт и пескарь и плотва,Так окунь идет на «малявку»,Подсечь успеваешь едва.
Если заранее рыб прикормить,Годятся и хлебные корки.Если «корчагу» поставить на ночь,Поймать можно рыбы ведерко.
В такую погоду, после дождяВоздух, пропитанный детством,Запахом память в тот час оживит,Куда от былого тут деться.
Вытрясла мама с крыльца половик,Пьют воду из лужицы куры,Кот на охоту шмыгнул в огород,Собака на цепи излаяла сдуру.
Влез на чердак покормить голубей,Там полумрак и прохлада…В такую погоду, после дождяВспоминать своё детство отрада
Кросно
Кросно на кухне в ту зиму стояли,На нитке соткать из полосок дорожки,Уступила станок до весны тетя Валя,Самой отдохнуть захотелось немножко.
Из дерева всё, на клею, без гвоздей,Ребра из бруса, три рамки, педали,Работает как, не поймешь, не глазей,Кросно на кухне в ту зиму стояли.
Всё, что изношено, драла в полоскуМама, сшивала, мотала в клубок,Чтоб на дорожках рисунок был броский,За черным и белым цветастого впрок.
По ткани стук рамки и за полночь слышен,По ниткам с присвистом скользит бегунок,И под полом драк не затеют уж мыши —Всю зиму работает ткацкий станок.
Подсолнух и лодка
Юрка Юрченко мне одногодок,Может старше всего на полгода,Из семьи белорусов, из местных,Как попал в этот край, не известно,
Переехали сами ли предкиНовострой возводить пятилетки,Или сосланы, кто его знает,Жили разные нации в крае:
Немцы, чехи, конечно евреи.Ничего против них не имею.С Юркой мы до того не дружили,Хоть и рядом по улице жили,
Но в тот год почему-то сошлось:С ним «хорька» загонять зашибись,Он уверенный, смелый и дерзкий;Знал и речку, и степь, перелески.
Как-то лодку нашли на протоке,Вся в песке и корягах, в осоке,После паводка, видно, прибило,Течь в борту, ну а в целом не сгнила.
Лето плавали в тайне рыбачить,Изменила под осень удача:Лодку кто-то у нас умыкнул.Был улус ли хакасский, аул
В двух верстах по течению выше,Мы не раз с лодки видели крышиПримитивных хакасских строений,Молодежной вражды настроенья
Каждый раз без причин возникали.Мы нашли, а хакасы укралиЛодку нашу, не нашу конечно,Ну и ладно, решили беспечно.
В огородах подсолнухи зреют,Нужно срезать в ночи поскорее,До того, как хозяева срежут.С Юркой ходим на речку всё реже,
А под вечер в чужой огород,Перепрыгнув с разбега заплот.Ни собаки, ни страх, ни крапиваНе удержат шального порыва.
Дружба наша сошла к сентябрю,С Юркой Юрченко, я говорю,Мы сошлись, может быть, и случайно,Он мне нравился дерзкий, отчаянный,
Пусть жил рядом и мой одногодок,А дружили мы с ним лишь полгода.Вскоре жизнь развела навсегда,Харьковать, помню, Вовка, айда!
Юрка Юрченко, где ты теперь?..Сколько будет подобных потерь.
Первые стихи
В авоське учебники переплелись,Углами в ячейках топорщатся…От волнения губы до боли бы сгрызть,Как похвалы и поддержки хочется!..
Со стихами робко тетрадь подаю,Мол, скажите, пожалуйста, слово учителя…Душа и сердце в восторге поют,Окрылите надеждой поэта-любителя!
«Завтра я жду тебя вечером, можешь?..»Небрежно тетрадку бросает на стол,Там, где другие стопками… Боже!..Влепит мне двойку, с ошибками, мол.
Так и случилось: «Прочла я страницу,А дальше читать не хватило мне сил.Так откровенно писать не годится…Ты русский язык очень плохо учил».
Спасибо! – и стыд опаляет мне щеки,Тетрадку я рву на клочки беспощадно.Помнится год переломный далекийВсю жизнь, но учителю я благодарный.
Щепкой
А что печалиться и плакать?Сглупил, вы скажете. Согласен.Да, скромен был, не забияка,Но не последним в нашем классе.
Среди девчонок на «камчатке»За спины спрятался в углу,Меня не видно, всё в порядке,Готов ли, нет ли, ни гу-гу.
Скорее школу бы закончить,А там как выйдет, всё равно,Пишу стихи я тайно ночью,Но быть поэтом не дано.
В родном поселке все знакомо:И клуб, и речка, комбинат,Но далеко гулять от домаЯ не рискну – боюсь ребят
Тех, кто живет в другом краю,Кого я толком и не знаю,Ватагой встретят и побьют,Как в позапрошлом было мае.
На Стадионной всем я свой,И чужаки туда не ходят,Хоть за полночь уду домой,Как на дворе своем я вроде.
Так вот, тянул последний класс,Как гуж привычный и тяжелый,День-два прогуливал не раз,Но знал, что надо кончить школу,
И мамку чтоб не огорчать.С сестрою брат как восьмилеткуПрошли, учебу сбросили с плеча.Хоть ты тяни уж школу, детка,
Просила мать, и выйдешь в люди,Как кончишь вуз, я буду рада.А так ли, правильно ли судит,Мне невдомек, учусь, коль надо.
Быть честным если до предела,Тянулся к знаниям я как к свету,Но вот беда, что неумелый,Писать стихи – не быть поэтом.
Какой там вуз, башка пустая,Учу, зубрю, а мало проку,Надежда-вера быстро таят,Как не готов опять к уроку.
Ни теоремы, ни законы,Ни языка правописание,Всем этим неотягощенный,Навряд ли выдержу экзамен.
И что печалиться и плакать,Плыву я щепкой по теченью,Не избежать, коль будет драка,Начищу морду без зазрения.
Без романтики красок
Линейка с последним звонком отзвучала,Классом фотограф отснял на ступеньках,Мы шумной ватагой шагаем к причалу,Веселья – навалом, и грусти – маленько.
Какой там причал – пару лодок и бревна,От костра в шаге ночь обступает густая,Теченья реки в волнах искрится ровно,И луна в облаках среди звезд угасает.
Говорили о разном, о школе, забылось,Что-то глупо-наивное в шутку серьезно,По-другому и сердце как будто забилось,Жар нахлынет и скатится в ноги морозно.
И ни грамма вина от того, что заранееПугали приказом нас? Нет, протестуя,Двое-трое парней выпивали за зданьем.Без романтики красок те дни повествую.
Классная помнится сдержанно скромной,Была среди нас ли в ту ночь расставанья?..У каждого память, к чему имел склонность,Не о том и не так он рассказывать станет.
Восторженный, коль у тебя темперамент,Опишешь пустяк, как роман приключений;Другой же по скромности хвастать не станет,И не придаст эпизодам бывалым значенья.
Ни то и не сё был в то время характер,Ни радость, ни грусть не проявит в тот час,И сдержан порой, недоверчив в контакте,Но вдруг откровенно сболтнет сгоряча.
Чувствительно чувственный, все подмечая,Копил впечатлений я мелочи впрок,Потом через годы бы, с кем не встречаясь,Пустячности эти напомнить бы смог?..
Под утро усталые мы, отчужденно,Каждый своё видел в будущих днях,Кто взвинчено нервный, а кто уже сонный,Страх жизни другой не коснулся меня.
Что будет, то будет, поеду я в город,Так надо, мне мама твердила, сынок,А не поступишь, так в армию скоро.Тогда на своем настоять я не мог.
Учиться мне снова не очень хотелось,Год школы последний вытягивал груз,Но оставаться всю жизнь неумелым,Не по душе – поступлю-ка я в вуз.
Город отца
Один я в Городе, семнадцатьМне лет исполнилось недавно,Куда пойти, к кому податься,Где денег взять, вот это главное.
Вода и хлеб – мои обеды,Я у соседей тырю сахар,Засну во вторник, встану в среду,Ни сил, ни воли и ни страха.
Майор пропал в командировке,Не помню, месяц или два,Дождись меня, сказал он, Вовка.Помру, дождусь ли я едва.
Зачем увез меня из дома,Чтоб бросить в Городе чужом?Да, он чужой, но мне знакомый:Отец мой жил когда-то в нем.
Но три сестры его и мама,Как прежде в Городе живут.Я к ним ходил…, ах, мелодрама!Родня – помогут и спасут!?
Ты кто такой? Зачем приехал?У нас своих забот полно…К столу не звали, вот потеха!..Тогда мне стало всё равно.
Сестра мне, сродная, десяткуДала. Спасибо! Буду жить.Как не пропал тогда, загадка,Помог ли Бог?.. Кого винить?
Пек хлеб я месяц на заводе,Я сыт, в тепле, среди людей,Чужие родственники вроде,Родных чужие мне родней.
Домой, домой скорее, к маме,Я подгоняю в мыслях поезд,Стучат колеса под ногами:Прости ты их, винить не стоит!
Пищей духовной
